01:23 

The Dance for Fire and Wind: 2 - О звероподобии и пище

Тролли в городе!
2. О звероподобии и пище.

Он был коренаст, как и положено гному, крепко сбит,статен, как каменная колонна, и, видимо, молод: борода его едва достигала груди. Волосы были всклокочены, а кустистые пышные брови приподнялись, демонстрируя такие же вытаращенные, как и у Мел, глаза. Повисла долгая неловкая пауза, которую прервал наконец всё-таки гном:
– Я, я думал, тут медведь, – неуверенно промямлил он.
Это заявление показалось Мел таким нелепым, неуместным и так напомнило её собственный страх, что она рассмеялась, но смех тут же превратился в рыдание.
– Я д-думала, это т-ты медведь, – едва сумела выговорить она, как ноги у неё подкосились, руки с чулком разжались и она шлёпнулась на пятую точку.
– А я т-тут однааа, г-гляжу – м-медведь, а ты г-г-гноооом… в лесууууу!..
Рыдая, она едва ли могла внятно выразить свою мысль, а гном прекратил таращиться, но начал моргать. Кажется, ему никогда раньше не приходилось сталкиваться с девичьей истерикой. Но тут у него появилась идея! Он быстро сунулся обратно под тент и выудил оттуда миску и деревянную ложку, плеснул туда из котелка и подал гостье. И это сработало! Начав есть, Мел вынуждена была прекратить и говорить, и плакать, что пошло ей только на пользу. Гном рассудительно уселся неподалёку и, за неимением второго набора посуды, принялся хлебать, заляпывая бороду, прямо из котла черпаком. Варево оказалось мясным супом с различными ароматными травами (Мел попадалось большинство из них, но сами по себе они почти не имели пищевой ценности), удивительно вкусное, особенно после недели буквально на подножном корме! Девушка в считанные минуты управилась со своей порцией и устремила на гнома такой выразительный взгляд, что тот безропотно налил ей добавки. Так они в молчании прикончили суп и растерянно смотрели друг на друга, пока гнома вновь не осенило. На этот раз он достал бутыль тёмного стекла и пару кружек. Напиток оказал положенное согревающее воздействие, и Мел наконец успокоилась. Выразилось это в том, что она заулыбалась, как ненормальная, и рассмеялась, когда гном в ответ пошевелил бровями.
– Прости, что вторглась! – заявила она тоном, который прозвучал почему-то как радостный. – Спасибо за обед! Меня зовут Мел, и я заблудилась в лесу!
Живая мимика гнома отразила его глубокое изумление.
– Ты же эльф. Разве лес для вашего народа не подобен родному дому, точнее, дворцу, все входы и выходы которого если даже и неизвестны, то легко познаваемы?
Мел поняла, что её собеседник – дурак. Только дурак станет выражаться так напыщенно и судить о едва встреченном эльфе по традиционно приписываемым эльфийскому народу чертам – и приписывают их, между прочим, такие вот игнорамусы! Мел не одобряла стереотипы, но сейчас была близка к тому, чтобы в ответ признать собеседника типичным тупоголовым бородатым камнелюбом. Должно быть, этот настрой отразился на её лице, потому что гном смутился и принялся посылать новые слова вдогонку предыдущим, чтобы вернуть неосторожное выражение обратно.
– Прошу меня простить, коли невольно обидел дурными речами благородную гостью. Не собирался я, ничтожный глупец, подвергать сомнению слова девы, попавшей в беду, кем бы она ни была. И уж тем более никто не вправе осуждать заблудшего в сих чащобах…
И впрямь дурак, подумала Мел. Чем дальше, тем затейливее. Того и гляди, сам забудет, что хотел сказать.
– …особенно я, кто пал их жертвой, несмотря на отличную карту, сокровище нашего городского архива…
Мел ощутила, как мышцы её лица шевелятся под кожей, складываясь в маску какого-то неименуемого чувства, составленного из нескольких равных по силе эмоций. Осознав это, она благоразумно выбрала негодование.
– У тебя есть карта! И ты не можешь выбраться? Да как так можно, неси сюда немедленно!!
Прерванный ровно на середине велеречивого предложения, гном был совершенно сбит с толку внезапной агрессией девушки, умолк, печально заморгал и обиженно скрылся под защитой тента. Воспользовавшись его отсутствием, Мел – которая, наоборот, вполне пришла в себя – натянула обратно свой злосчастный чулок и машинальным движением руки как бы поправила спутанную причёску.
На этот раз он выбрался быстро – вероятно, потому, что не делал лишних движений. Держался сухо, обиженно. Когда Мел потянулась, чтобы выхватить мятый свиток, гном бросил его ей на колени. Но Мел не обратила внимания на изменение в манерах и дрожащими руками принялась разворачивать, как ей казалось, ключ к спасению.
Пергамент был новый, впервые использованный для создания копии ценной гномьей карты, он мягко шуршал, расстилаясь перед жаждущей зрительницей. Его нежный оттенок ласкал взор, но не мог сравниться с обнадёживающей чернотой туши. Сердце Мел отчаянно колотилось. Она уставилась на карту.
– Что это? – глухо произнесла девушка через двадцать секунд напряжённого разглядывания. Ощущение было такое, как когда при беседе с учёным гостем тянешь с полки его труд – а извлекаешь легкомысленный любовный романчик. Самоуверенность, чувство превосходства – всё это кануло в пропасть замешательства, и вся напускная смелость истаяла, как туман над этой самой пропастью.
– Карта, – ответил гном. Лицо его старательно выражало бесстрастность, но в голосе сквозила нескрываемая язвительность. Мел передёрнуло.
– А эти значки… горняцкие символы?
– Именно так. – Тон смягчился.
– И ей сколько – лет двести, не меньше?
Он кивнул:
– Больше.
– Боги, но как ты собирался…
– Верил, что формы гор и русла ручьёв изображены соответственно истине их тогдашнего бытия. Учился читать изменения почв. Не знал о лесных духах…
И когда Мел в изумлении подняла взгляд, она увидела усталую снисходительную морщинку на лбу и сочувственный прищур глаз. Её сердце не могло этого вынести… Оно разбилось на тысячу осколков и опало яблоневым цветом.
– Прости. Я вела себя как дура, – сказала она через силу, пытаясь не расплакаться снова.
Гном мотнул головой и принял виноватый вид.
– Я, я не обиделся. – Помолчал и добавил: – Тоже виноват. И до сих пор не представился.
– Давай заново. – Мел размазала по щекам набежавшие всё-таки слёзы. – Как это делают в песнях – благородно и безупречно.
– Недурная эльфийская придумка.
Он протянул руку для пожатия, Мел приняла её.
– Я Мел… Мелинти из народа Холмов. Да благословит небо хозяина этого очага!
– Я Мир Железный Топор из вольного поселения Штальгейм. Да хранят Боги отважную путницу.

@темы: фанфик, апокрифические хроники, dance of fire and wind

URL
   

Фьорд Серой Хульдры

главная